super7ya.ru

Суббота, 15 Январь 2011 10:39

Конкурс на лучшую байку или анекдот про секс

Автор 
Оцените материал
(2 голосов)

 

066

 

 

Стыд и Срам!

 

(Конкурс на лучший рассказ, историю или анекдот про секс; участвовать в конкурсе могут все желающие оставить память о себе).

 

Про конкурсы и секс.

 

Михайло Ломоносову припомнили все, когда Михайло завершил работу над рукописью истории государства Российского. Третьем пунктом обвинения значилось: Организация и проведение конкурса «Королева бала» с стенах Московского университета. Королевой на балу выбрали «племянницу» Ломоносова (так он ее называл) в костюме Екатерины Великой. Мама этого факта своему любимцу от науки не простила. И посадила любимца для профилактики в тюрьму.

Подвиг Ломоносова повторил юный Пушкин. Наивные историки и биографы полагают, что в первую ссылку А.С. отправился по наветам, в которых А.С. был представлен автором самых популярных в народе политических эпиграмм. Пьяный от вина и хаоса веселой петербуржской жизни, окруженный влюбленными светскими дамами, дерзкий молодой поэт не вынес ноши столь скоропалительной славы. Во время очередной пьяной пирушки пьяный Пушкин кинул клич. Выбираем «Королеву алькова»! Подгулявшие дамы и барышни тут же откликнулись на призыв опального поэта. И дружно разделись. Победила княгиня Авдотья Голицына, которая в свои 37 разделась до гола. К слову, Пушкину было всего 18. Когда слухи дошли до государя, От ссылки в Сибирь поэта спасло заступничество влиятельных друзей. Вместо Сибири коллежского секретаря Пушкина из Петербурга перевели в Южные края. Для профилактики и социальной адаптации.

В.И. Ленин, как профессиональный революционер со стажем, избегал публичных конкурсов и смотрин. Ленин привык побеждать природной хитростью и революционной смекалкой. А условия публичных состязаний любую хитрость пресекали в зародыше. И Ленин смекнул, что нужно провести закрытые не публичные смотрины юных большевичек и латышских стрельчих. Конкурс проводили в Риге, куда Ленин прибыл первым в сопровождении Дзержинского инкогнито. Большевичек и стрельчих набрали из местных девушек, из самых отчаянных. Конкурс проводили в Лидо под видом празднования именин Феликса. Вместо подарка Феликсу предложили на выбор 19 местных барышень. Но с собой в номера Феликс мог забрать лишь трех девочек из 19-ти. В противном случае конкурс считался бы несостоявшимся. Заводила и балагур, подвыпивший Ильич активно помогал Феликсу в конкурсе. Помогал девочкам раздеваться и демонстрировать точеные фигурки в ритме страстного аргентинского танго. Феликс танцевать танго не умел. А Владимир Ильич умел. И этим пользовался. Наконец, конкурс уже подходил к своему финалу, когда в дверях Лидо предстала чрезвычайно родная и знакомая фигура. Для Ильича. Когда Ильич с четвертого раза все-таки нацепил монокль, сразу узнал в знакомых и родных чертах фигуру Надежды Константиновны. И тоже инкогнито. Чем закончились закрытые смотрины на именинах Феликса, история умалчивает. Наверное, всем было весело.

Теперь наступили иные времена. Теперь за конкурсы красавиц не в тюрьму, не на Соловки не отправляют. Поэтому Магомен Тартарович решился на такой промысленный поступок. Как организация и проведение конкурса на лучшую байку или анекдов с сексуальной развязкой. То, что подобное чтиво будет востребовано, в этом Магомен Тартарович не сомневается. Награда уже ждет своего претендента. Еще Магомен Тартарович считает, что будет не лишним сопроводить ваше письменное послание в адрес конкурса либо видео, либо фото материалами. Например, с портретом главной героини вашей байки или анекдота. Маленькие трагедии и драмы на тему эротических приключений так же будут самым тщательным образом рассмотрены членами профессионального жюри. Поэтами, музыкантами, художниками – постоянными членами Артели воспаленных умов и разбитых сердец Магомена Тартаровича «Великого» Индиктиона «Супер7Я». Вот так вот, родные мои! Ждем от вас историй с веселыми приключениями.

Аминь уже.

Присылайте Ваши письма и работы (фото, видео) на адрес: Этот адрес электронной почты защищен от спам-ботов. У вас должен быть включен JavaScript для просмотра.

 

000255

Махе снится танцующая Фиоанна. В белом халате медицинской сестры. Под халатом у нее ничего нет. Она расстегивает халат и ласкает свои громадные груди. Смеется и завлекает Маху. Маха оказывается с Фиоанной в женском предбаннике. Один на один. Ему и страшно и интересно одновременно. Женщина усаживает Маху к себе на колени. Целует его в темечко. Медленно и аккуратно двумя пальцами массирует Махин стручок. Махина писка тут же вырастает до недетских размеров.  Цыганка ускоряет движения ладонью. Махе щекотно. Цыганка ведет себя странно. Запускает другую руку себе между ног.  Закатывает глаза. И вся содрогается. Со стороны это выглядит смешно. Словно через женщину пропустили изрядный разряд электричества. Так кажется Махе. Маха не может оторвать от нее своих глаз. Она очень красивая и очень большая. Она притягивает Маху. Маха устраивается поудобнее у Фиоанны в объятьях и засыпает. Спящему, Махе снова снится тот же самый сон. Они опять вдвоем. Но  уже не в бане. Они на той самой дороге в грязи. Где Маха впервые встретил Фиоанну. Женщина помогает Махе выбраться из жижи. Долго и тщательно омывает мальчишку в луже. Аккуратно и нежно утирает его подолом платья. Под платьем у цыганки белая майка. Ни трусов, ни лифчика на ней нет. Маха дрожит от холода. Цыганка сажает Маху себе на колени. И быстро-быстро растирает Махино тело. Мальчишка согрелся. Подлый предатель стручок снова растет. Цыганка опять забывается. Движения становятся все судорожнее. Мальчишка извивается у нее на руках. Щекотно. Но Махе приятно трепыхаться в крепких объятиях ласковой женщины. Конвульсии постепенно стихают. Махе снится новый сон. Фиоанна танцует перед табором. Кругом полыхают костры. На плясунье все тот же белый медицинский халат. Во время цыганочки огромные женские прелести выскакивают из халата. Маха видит, что одежда мешает искренней женской радости. Крадется и срывает халат. Цыгане ликуют и приветствуют  детский проступок. Голая Фиоанна нарочито красуется во всполохах костра. Начинается всеобщая вакханалия. Кто-то помогает Махе раздеться. Маха снова оказывается в объятьях своей ненасытной влюбленной волшебницы.

 

000256

Декабрь. Маха дрожит от возбуждения и холода. Он без штанов. На ледяной жестяной крыше МАРХИ. Софария подбирает одежду и тащит Маху за руку в помещение. В гимнастическом зале она сбрасывает с себя и с Махи остатки одежды. Разбрасывает ее по полу. Складывается впечатление, что жрица метит одеждой заколдованный круг. У нее получается это чрезвычайно лихо и весело. Но Маха уже не боится своей коварной преподавательницы. Маха готов получить свой самый первый и самый главный урок. Абсолютно голая Софария виснет на гимнастических кольцах. Освещенная ночной городской иллюминацией, она чудится красивее, чем есть. Маха не может сдержаться и страстно овладевает Софарией. Торопится и потеет с юношеской страстью и пылом. При смене ритма прелести Софарии сами собой попадают Махе прямо в рот. Голодный и жадный Маха разом заглатывает по полсиськи. Ни фига себе! Удивляется Маха. Парочка падает на маты. Оба на четвереньках ползут к гимнастическому коню. По очереди. Софария первая. Маха следом. Все время утыкаясь в женскую задницу. Не забывая при этом любоваться магическими ямками на спине ненасытной подруги. Эти ямочки просто сводят Маху с ума. Софария ложится на коня и принимает вожделенную позу. Маха поднимается на ноги и овладевает Софарией все с той же юношескую одержимостью. Оба без сил сползают на маты. Софария медленно и грациозно перебирает руками по ножкам брусьев. С трудом поднимается и вешает всю свою красоту на брусья. Маха ползет к ней. На коленях. Рычит и сопит, как раненый зверь. И тут же овладевает сексуальной деканшей. Два тела без сил рушатся на пол. Как два мешка с картошкой. Потому, что хорошо слышно. Как поочередно похрустывают косточки в кожаных чехлах распаленных тел. Но Софария все-таки встает на четвереньки. Крутит задницей. Маха из последних сил прицеливается. Старательно и прилежно, как школьник, пристраивается к промежности. И овладевает Софарией в последний раз. Кончает и лишается чувств. От чрезмерного избытка темперамента и секса Маху мутит. Он машинально выползает на крышу и блеет на Москву. С высоты шестого этажа и Кузнецкого моста. Софария пластается на матах в лучах лунной дорожки. Дрожит. И смеется во весь голос.  У Махи нет сил даже доползти до этой безумной женщины. Чтобы заткнуть ей рот. Пусть гогочет. Лишь бы ночь не проходила. И вожделение не прекращалось. Тела замирают и не двигаются. Каждое на своем месте. Пластаются и трясутся. Им смешно. Гы-гы-гы! Оголтелым телам.

 

000257

Маха за кулисами театра «Дерево». Марфурия вся пылает яркими красками и нескрываемой страстью. Но усталость берет своё. Маха помогает. Аккуратно и тщательно стирает краски с обнаженного тела. Марфурия блаженствует с закрытыми глазами и улыбается. Маха нежит ее и ласкает. Женщине приятно. Женщина погружается в бездну блаженства. У Марфурии чрезвычайно оригинальная фигура. Осиная талия. Абсолютно правильные полусферы грудей. С очаровательными маковками удивительно соблазнительной формы. Самые крутые бедра на свете. И ужас какие упругие и выпуклые полушария ягодиц. Такое изысканное восточное сочетание не может не сводить с ума. Маха помогает Марфурии одеться. Марфурия устала и виснет у Махи на груди. В фойе зала их ожидает Лейкин. Они проходят через сцену. Марфурия демонстративно без сил валится на реквизит Лицедеев. На самый большой и яркий шар. Вокруг шары поменьше. Маха оголяет актрисе спину, садится на нее сверху и начинает делать массаж. С каждым разом его руки опускаются все ниже. Марфурия сама стягивает с себя трусики. Она возбуждена и требует любви и ласки. Маха что-то массирует. Марфурия призывно визжит. Маха упрямо продолжает массировать что-то там еще. Достает много чего из штанов и как надо вводит все это куда следует. Марфурия стонет и извивается от восторга. Прогрызает шар. Шар сдувается с очень нежным, но подозрительно высоким свистом. Марфурия остается на четвереньках. Маха со смаком любуется крупом. И медленно-медленно целит в просак. Марфурия приходит в экстаз. И орет. Орет во все горло: - Уй в шопе – это чувство! Все остальное – ощущения! Лейкин аплодирует. Он давно уже зале. Наслаждается сценой любви. Любовники артистично приветствуют его улыбкой и продолжают свой акт до победного. Лейкин кричит: Браво! Парочка рушится без сил на пол. Маха показывает Лейкину фигу. И задевает рычаг аппарата. На сцену с потолка опускаются тысячи разноцветных мыльных пузырей. Марфурия не унимается. Умирающая от усталости, мегера пиявкой впивается в Махину плоть. Как в самый желанный и спелый плод. И плод наполняется новым живительным соком. Марфурия седлает Маху верхом. Визжит, кричит, смеётся! Её крики подхватывает Лейкин. Маха из последних сил кажет Лейкину фигу. Женщина никнет и успокаивается лишь с приходом уборщицы. Добрая старушка делает вид, что ничего не замечает. Заметает сцену.  Лейкин заразительно гогочет. Уборщица грозит ему поочередно то веником, то шваброй. Марфурия театрально красиво напяливает трусы. И остатки скомканной и разбросанной одежды. Все счастливы. Все направляются в ресторан. Отпраздновать и откушать.

 

000258

Маха с Евларией в вагоне метро. Напротив сидят две девочки нимфетки. Одна из девочек кушает сникерс. Другая посасывает марс. Евлария пьяна. Ей плевать на предрассудки. Она встает на колени перед Махой. Расстегивает партнеру ширинку. Щурится, словно не может найти. То, что ей так срочно понадобилось. Тщательно шарит. Чему-то дивится. Медленно и аккуратно начинает сжимать и мять нечто, сокрытое в штанах. Закатывает глаза. Нарочито жадно и громко чмокает пухлыми губами. Пассажиры фыркают. Им противно! Все выбегают на следующей станции. Все, кроме двух нимфеток. Эти, как приклеенные, продолжают сидеть и глазеть. Одна кушает сникерс. Другая посасывает марс. Щурятся и не верят своим глазам. Маха возбуждается. Ставит Евларию на край сиденья так, чтобы нимфеткам все было хорошо видно. И Махин гидрант. И Евлариин пожар. Девочки начинают потеть и ерзать на сиденье. При этом не перестают кушать сникерс и посасывать марс. Маха вдохновенно, но аккуратно работает. С Махи сходят семь потов. В этот момент поезд резко тормозит. Маха по инерции пронзает своим гидрантом  Евларию. Насквозь! Решают девочки и кричат от испуга. Но не перестают кушать сникерс и посасывать марс. Евлария на седьмом небе от счастья. С улыбкой смотрит на подруг. Те продолжают сопереживать и сочувствовать. Евлария раздольно мычит от удовольствия. Маха без сил стекает на нее сверху. Оба тяжело дышат. Маха со спущенными штанами представляется нимфеткам психом. Подругам пора выходить. Они встают со своих мест. Одна из них не может сдержаться. Как бы случайно, касается Махиных ягодиц. Этого касания хватило, чтобы Маха и Евлария воспрянули одновременно. И кончили. Еще раз. Девочки, как ошпаренные, выскакивают из вагона. Спотыкаются и падают на платформу. Встают. Отряхиваются. На кафеле остается недожеванный сникерс и обмусоленный марс. Бог наказал! Вагон абсолютно пуст. Евлария того и добивалась. Она нежно обнимает Маху. И шепчет другу на ушко свои любимые тайные заклинания. Маха улыбается и что-то машинально вспоминает. Он привлекает Евларию к себе. Поезд трогается. И воскрешает новый акт своенравной любви. Но теперь партнеры никуда не спешат. Они любуются друг другом и смакуют каждое прикосновение. Они с наслаждением тщательно подбирают позы. Чтобы было удобно и комфортно партнеру. Любовь продолжается бесконечно. Пока из радио не звучит предложение покинуть вагоны на конечной остановке. Поезд дальше не пойдет. Поезд проследует в парк. Маха и Евлария целуются. Медленно собирают разбросанную одежду. Дежурная по станции их торопит. Но парочка не обращает на нее никакого внимания. Их ожидает последний транспорт в обратном направлении. С очередными любовными приключениями. Обязательно до очередной самой конечной из остановок.

 

000259

Маха и Сарматия в стогу сена. В грушевом саду над Прагой. В Верхнем городе. Маха извиняется и на время исчезает. Он уверенно направляется в сторону студенческого городка. Скоро возвращается с пакетом. И по горсти начинает вынимать из пакета лепестки роз и осыпать ими счастливую девочку. Сарматия по-детски заразительно хохочет. Она и не мечтала о таком романтическом вечере. Маха высыпает на нее остатки роз прямо из пакета. Прыгает к Сармати в объятия. Они вместе смакуют запахи грушевого сада, свежего сена и лепестков роз. Так должно пахнуть в Раю. Маха сначала медленно раздевается сам. Стелет свою одежду под девушку. Потом очень медленно раздевает Сарматию. Девушка очарована каждым новым наивным позывом партнера и не помогает ему. Пусть всё снимет сам! Маха встает напротив и любуется совершенной красотой своей подруги. Сейчас он сойдет с ума! Сарматия ладошкой показывает на место рядом с собой. Маха аккуратно ложится рядом. Он боится спугнуть эту ночь. Он очень нежен и ласков. Он доводит за два часа неги свою подругу до безумия. Она как масло просто вся течет и тает у него на руках. Так Маха еще никого никогда не любил. Он не спешит. Сарматия берет инициативу в свои руки. И долго ласкает Маху. Маху вообще раньше никто никогда не ласкал. Им не нужна звериная страсть. Им и так хорошо. Они посланцы этого вечного Космоса. Им некуда больше спешить. Лишь под утро Сарматия укладывает Маху на спину и очень аккуратно пристраивается сверху. Волшебный золотой ключик, как нос Буратино, сам попадает в самую тайную и вожделенную скважину. К запахам летней ночи добавляются ароматы любви. Влюбленные счастливы. И занимаются любовью до самого утра. Мимо уже начинают ходить люди. Маха лежит без сил. Одной ладонью он прикрывает заросший не по детски лобок Сарматии. Другой, ее восхитительные соски. Пара отдыхает. Паре очень хорошо и покойно. Маха гуляет по саду нагишом. Срывает несколько крупных и спелых груш. Угощает свою подругу. По губам, подбородку и груди текут капли ароматного сока. Маха слизывает их. И в голове Махи проносится видение. Как капли точно такого же сока катятся по телу Мерилин Монро. Маха прогоняет нежеланную картинку. Он не хочет никого не видеть, не слышать. Они одни на всей Земле. Во всей Вселенной! Он и Сарматия! Это его самая желанная мечта. Но чем ближе к полудню, тем чаще слышны комментарии случайных прохожих. Чужие и некрасивые лица обсуждают и осуждают вселенское счастье. Вслух. Сначала Маха делает вид, что не замечает оскорблений. Потом открыто запускает в жирную немецкую парочку надкусанной грушей. Специально поверх голов. После чего с неохотой медленно облекает свою королеву в девичьи наряды. Одевается сам. Влюбленная пара долго молча сидит и любуется утренней Прагой.

 

000260

Маха подсматривает за Сарматией. Девочка занимается на велотренажере. В одной ночной маячке. С голой попкой. На Сарматии наушники. Она орет во все горло песни. Разрабатывает голос. Маха улыбается. Но при каждом движении Сарматии не может оторвать глаз. От румяной и упругой попочки. Сарматия налегла на руль. Словно специально. Теперь Маха видит не только попку. Но и всю мимику Сарматиной промежности. Маха снимает с себя штаны и начинает бодрить своего дружка в такт движениям Сарматии. Он уже не может терпеть. Дружбан торчит выше пупа. Дружбан сам вот-вот зарычит от соблазна. Его всего распирает и разрывает от непомерного желания. Сарматия сняла наушники и оглянулась. Увидела Махино дуло. Заценила калибр. Успела восторженно крикнуть. Даешь! Тут же спрыгнула с велика и набросилась на Магомена, как ураган. Сбитый с ног, Маха вскочил, как неваляшка, и с возлюбленной на руках зачем-то побежал на балкон. Сарматия ухватилась руками за решетки и провисла. Маха убрал руки за спину и произвел серию невероятных темповых теловращений. Сарматия пропищала, как кошка. Мяяяву-мяяяву! Хотела вцепиться в Маху коготками. Но Маха повернул партнершу попкой к себе. И крепко-крепко обнял. Что-то хрустнуло. Прыснуло смехом. Разпружилось и понеслось. С каждым движением Сарматия прогибалась все больше и больше. Ее ямочки на спине дико раздражали Маху. Они становились все явственней и глубже. С каждым прогибом девичьей спины. Маха рычал от ненависти. Он не мог их больше видеть. Голову срывало напрочь. Ненасытный негодовал. Когда прогиб становился абсолютно невыносимым. Маха бился в экстазе. Сарматия все громче опережала возгласы Махи своим откровенным эротическим ором. На крики Сарматии сбежалась вся детвора. Маха забрал Сарматию в охапку. И, не переставая сопеть, отнес ее в любимый коридорчик. Сарматия мявукнула в третий раз и ни к месту выдавила. - Маха, я куплю тебе любую проститутку, если захочешь! Магомен даже обиделся на этот щедрый виртуальный дар. И лег на спину. Но Сарматия вошла во вкус. Ей уже было плевать на Махино огорчение. Она села на Маху верхом. И поскакала так. Что Маха забыл разом про все на свете. У него перед глазами тряслись и прыгали недетские разбухшие сосцы. Огромные не по возрасту соски и груди тряслись  и пружинили в такт, как гигантские детские соски на мячиках. - Еще, дядя Маха! Еще! (Так Сарматия называла Магомена с первого дня их знакомства, видимо, намекала на разницу в возрасте). Маха собрал все силы, встал и отнес Сарматию на кровать. Это случилось в первый раз. Там он попросил девочку расслабиться и ни о чем не думать. Она лежала на спине. Он как пресс навалился на девочку всей своей огненной массой. И попросил раздавленную партнершу свести ляжки вместе. Плотнее, как только сможет. Изо всех детских сил! Сарматия свела и напряглась. И тут он вдавил своего разбухшего от сопротивления гиганта. В ее крохотную тесную детскую щель. Чем плотнее сводила ноги Сарматия, тем сильнее были ее впечатления. Ее распирало и колотило от кайфа. Такое наслаждение она испытала впервые. Махино хозяйство выжимало из её исподней все до последней капельки. Все девичьи соки. Все до последней слезинки! Сарматия взвизгнула. И словно лишилась чувств. Маха отвалился на спину и положил свою руку на лобок Сарматии. Сарматия то ли смеялась во весь голос от счастья. То ли девочка билась в истерике. Не в силах сдержать вешней бури разнузданных чувств.

 

000261

На панели холодильника полупрозрачный экран. На экране объемная картинка. Квадратная постель три на три метра. Поперек лежит Сарматия. Кверху лицом. Голая. Головой к ее голове под углом в 30 градусов лежит Евлария. Кверху попой. Между ними на четвереньках стоит Маха. И смотрит то на лобок Сарматии, то на ягодицы Евларии. Он явно хочет и ту и другую. Хочет и боится. Маха со стороны наблюдает за происходящем на экране. Картинка не вызывает у него никакого интереса. Но Маху заставляют смотреть. Что будет дальше. А дальше Маха на экране начинает по очереди целовать и ласкать то задний проход Евларии, то вагину Сарматии. Женщины словно не замечают ласки. Они оборачиваются лицом друг к другу и целуются. Маха уже сидит верхом на Евларии. Он аккуратно вводит свой член. Евлария приподнимает свой зад и помогает Махе. Без эмоций и мимики. Магомен старается изо всех сил. С него сходит семь потов. Евлария спокойно улыбается и целует Сарматию. Такое ощущение, что Евлария абсолютно ничего не чувствует. И совершенно ничего не испытывает. Полнейшее равнодушие и безразличие к стараниям Магомена. Маха почти без сил перебирается на Сарматию. Меняется с ней позициями. Сажает ее на себя так, чтобы любоваться ее сосками. Сарматия садится на член сама. И сама начинает совершать неприличные до отвращения телодвижения. Она вульгарно прыгает на Махе, как сумасшедшая. Махе обидно и больно. У Сарматии на лице играет не улыбка. А самая настоящая издевка! В этот момент поднимается Евлария и целует Сарматию в губы. Потом очень медленно и старательно садится Магомену прямо на нос. Так, чтобы партнер не мог не вдохнуть, не выдохнуть. Женщины обнимаются и целуются. Играют сосками друг дружки. Маха, не может дышать. Он тужится из последних сил. Пальцами рук он ищет своих женщин. Нежно и ласково касается их промежностей. Так видится Магомену. На самом деле Маха хватается за воздух. За пустоту. На лицах женщин полное безразличие. На экране стрекоза из шариков покрывает изображение оргии. В этот момент оргия достигает своего пика. Жадные и страстные тела беснуются под крыльями стрекозы. Безразличие женщин внезапно исчезает. На их лицах оживает губительная страсть. Позы их вожделенны. Меняются беспрестанно и часто. Невозможно уследить за положением тел. Темперамент и скорость нарастают с каждым мгновением. Кажется, что все три тела сейчас воспламенятся. И истлеют буквально в один миг. Но в этот момент стрекоза исчезает. Тела влюбленных в беспорядке остаются лежать на простынях без сил. Они переплетены и спутаны. Лицо Махи ни о чем не говорит. На лицах женщин застыли хитрые коварные улыбки. Княжны удовлетворены полностью. Свершилась сакральная оргия. Под телом Сарматии проступает лужица крови. Кровь засыхает и начинает крошиться. Сарматия старательно стряхивает ее с простыни. Из-под себя. Из-под себя. Прочь. Прочь.

Подальше. Как можно дальше.

 

000262

На Сарматии был серый домашний спортивный костюм. Маха сидел молча на кухне. Сарматия прошла в зал, надела наушники и запела. Как всегда, немного фальшивя. Маха стоял и любовался ею сзади. Сарматия начала в такт музыки крутить маленькой детской попкой. Маху она не замечала. Легкое покачивание скоро превратилось в эротичную румбу. И в самый настоящий танец живота. Маха вспомнил, что они теперь одни на целом свете. В этот момент у Сарматии лопнула резинка на штанах. Штанишки стали медленно сползать. Оголяя круглый детский зад. Едва прикрытый розовыми стрингами. Маха взял ножницы и аккуратно срезал лямки. Трусики свалились сразу. Но Сарматия продолжала петь. Словно ничего не замечала. Маха обнажился и подошел сзади. Пенис топырщился, как булава. Багровый и напряженный. Весь в узорах распирающих кожу вен. Под гнетом любви. Маха сжал его и нацелил рукой на вагину Сарматии. После чего аккуратно пристроил товарища к пухлым губам влагалища. Отпустил и резко ввел. От решительного толчка Сарматия перегнулась через кресло. Неожиданно для себя взяла слишком высокую ноту в крик. Круто сфальшивила. И рассмеялась. Маху эта нота возбудила еще больше. Он играл темпом пениса под музыку. Сарматия беспомощно висела на спинке кресла. И продолжала содрогаться от приступа веселья. И ей, и Махе было удобно. Так они были одного роста. Маха уже не помнил, сколько раз он так кончил в Сарматию. Он очень спешил. И никак не мог остановиться. Старался и не снижал темпа уже минут 20-30. Весь мокрый от пота. И красный от напряжения. Сарматия упала головой в кресло и осмотрела попой весь потолок. Это еще больше возбудило Маху. Лишь теперь, вдруг, до Махи дошло. Ему никуда не надо спешить! Они остались на Земле одни. Вдвоем!  Можно наслаждаться друг дружкой, сколько душе угодно! Маха упал на диван лицом вверх. Некоторое время попка Сарматии продолжала торчать над креслом. И смотреть в потолок. Но скоро Сарматия сползла с кресла. Штанишек на ней уже не было. Оставалась лишь спортивная кофта. Она сама аккуратно нанизала себя на Махин член и начала получать откровенно изысканное и утонченное удовлетворение. Очень медленно смакуя каждое движение. Движения были очень сложными и замысловатыми. В них было и вращение. И мелкое подергивание. Переходящее в дрожь. Повороты из стороны в сторону. Словно магическое покачивание. И неспешное чередование диковенных поз с самыми непосредственными коленцами. То было никак не самое простое обуздание Махиных страстей. Это было настоящее искусство секса. Набухшие огромные соски все больше и больше выперали из-под кофты. Сарматия по глазам Махи поняла его простодушное желание. Склонилась. Маха задрал ей кофту. А Сарматия своими детскими пальчиками сблизила царственные сосцы и вставила их в рот Магомену. Это так сильно возбудило Маху. Что он встал вместе с Сарматией и, не прекращая акта, перенес ее в любимый коридорчик. Сарматия закричала от счастья. Маха взвыл от вожделения. Любовь продолжалась весь день по привычному сценарию. С коридорчиком, с ванной, с обвисанием на дверных косяках. И с цветастыми простынями, разодранными от восхищения в клочья.

 

000264

Евлария тихо спала в спаленке у тети Дуси. Она устала бегать по выбоенам и холмам за неистовым Магоменом. Ей хотелось забыться и отдохнуть. Маха, напротив, бодрился и навещал своих одноклассниц. Но скоро опомнился. Представил себе рыдающую Евларию. Подумал-подумал да и вернулся. В квартире стояла гробовая тишина. Тетя Дуся дремала в гостиной на старом диване. Маха подкрался к Евларии. Но будить не стал. Он погладил ее лобок. И с чего-то решил, что тот слишком зарос. Достал ножницы и очень аккуратно остриг любимое место. Волосики все сложил в кучку на журнальном столике. Старался, чтобы ни один не пропал. Зря. Тут Махе на глаза попались гладиолусы. Маха стал отрывать осторожно бутоны и украшать ими спящую приму. Когда дело дошло до вагины. То своими тычками и вкручиваниями бутонов во влагалище. Маха чрезвычайно скоро возбудил эротично ряженную приму. Женщина во сне сама так раздвинула ноги. Что заняла весь проход в узкой спальне. Ай да самка! Восхитился Маха. И понял, что ужасно пьян. Что через эти шлагбаумы ему ни за что уже не перескочить. Маха скоро сник и немедленно сдался. И тут уже не пожалел бутончиков! От щекотки любимая плясунья стала просыпаться. Когда проснулась, то сильно удивилась. Над ней нависало собственное зеркальное отображение. Вся в бутонах от гладиолусов. Евлария рассмеялась. Но когда она сняла бутоны с лобка, ее охватил ужас. Лобок был острижен как ежик. Маха указал на волосики на столе. Евлария, изображая свирепую фурию, набросилась на Маху. Сорвала с него белье и бросила своего героя на постель. Герой и не думал сопротивляться. Именно тогда случился небывалый акт насилия и вандализма. Над Махиным неуправляемым телом надругались. Надругались грубо, но чрезвычайно художественно. Надменная чистила и имела Магомена с ночи и до утра. Без перерыва. И спереди. И сзади. И на себе. И под собой. И на полу. И на кровати. И на журнальном столике раком. И свесившись с балкона. При чем с таким ором. Что был разбужен весь дом. Потому что женщина истошно кричала всякий раз чистую правду. Про то, как она ненавидит этого падшего извращенца. Этого поганого Лешего. При каждом очередном вынужденном оргазме. Маха кривил рожу. От боли. И несправедливости. Пока не стер за короткую летнюю ночь все свое хозяйство в кровь. С зарею пал. Ничком и навзничь. Прямо там, где стоял. И вырубился. Не то от усталости, не то от обиды.

 

000265

Маха в сауне с Марфурией. На экране проектора сменяются кадры с видом Лондона. Марфурия медленно раздевается, рассматривая картинки на экране. Обнаженная, она встает перед проектором. Не смотря на возраст, ее тело по-прежнему упруго и роскошно. Кручи бедер и грудей на белом свете просто не найти. Маха берет Марфурию с собой в парилку. Они потеют на одной полке. Марфурия ласкает Махино тело и обмякшие причиндалы. Маха сначала не мешает. Потом заводится. Благодарит за ласки. И влюбленные вместе опускаются в бассейн с ледяной родниковой водой. Маха обнимает Марфурию сзади. Марфурия медленно вводит Махин член себе в зад. В воде трение усиливается, и Марфурия морщится от боли. Но охота преобладает. Марфурия вкрик  кончает. На лице Махи замирает блаженство, больше похожее на полное безразличие. Но, вдруг, глаза Магомена загораются. Он накидывает на Марфурию шубу. На себя телогрейку. И тащит подругу на горку. Рядом крутятся две бульдожки. Белая Жанка и рыжая Машка. Маха швыряет телогрейку на лед. Марфурия опускается на четвереньки прямо на телогрейку. Маха пристраивается сзади. Закидывает подол шубы Марфурии на голову. И от всей души прет свою подругу. Прет так, что Марфурия орет во все горло от боли и восхищения. Не ясно, от чего больше.  С каждым Махиным движением телогрейка все быстрее и быстрее ерзает по льду. Наконец, Маха со всей силы пронзает любимую задницу. И Марфурия по виражам летит с ледяной горы. С верхотуры утеса прямо в русло реки Даренки. На повороте Маха теряет равновесие. Падает на Марфурию сверху. Телогрейка лениво останавливаются у края полыньи. В воде отражается лунная дорожка. Маха черпает пригоршню и поливает Марфурию. Шикарная женщина визжит от холода. И с криком бежит на гору. Роскошно. Грубо и роскошно. Ничего не поделаешь. В моде роскошь! В этом убедила Марфурию Агузарова. В дремучем 87-ом.

 

000312

Маха и Евлария одни на полуночном пляже в Голубой бухте. Маха ведет Евларию на пирс. Евлария в сценическом костюме. Влюбленные обнимаются и целуются. Внезапно Маха толкает Евларию с пирса. Это тебе за фотографии! Девушка падает в воду с четырехметровой высоты. Маха тут же ныряет следом. Евлария выныривает. Лютая-лютая. Обиженная, обманутая, опрокинутая. Жаждет отомстить. За все и сразу. Без промедленья, сейчас же! Но на пирсе и вокруг никого нет. Она не успевает даже испугаться. Чувствует, как кто-то в воде добирается до ее скоромного места. Евлария зло противится. Упрямо сопротивляется. Но в конце концов расслабляется на волнах. Маха набирает воздуха, не заметно у Евларии за спиной. Ныряет. И пытается овладеть Евларией прямо на глубине. Евлария от неожиданности подпрыгивает над поверхностью воды, как надувная прима. Вязкая соленая вода мешает. Попасть сразу в цель. Тогда Евлария сама ныряет. И делает Махе под водой нечто такое. Чему Маха не знает названия. Маха даже боится об этом названии думать. Но Евларии слишком долго не видно. Маха беспокоится. И лупит ладошками по воде.  Набирает воздуха. Ныряет. И пара долго и счастливо целуется под водой. Маха выносит Евларию из воды на руках. Женщина млеет. Маха бросает светлое тело на теплые камни. Евларии очень больно. Она материт Маху. Нудит и ворчит. Бухтит и причитает. Завтра будут синяки и вмятины! Маха оглох. Ничего не слышит. Поливает шампанским и целует каждый участочек побитых телес. Евлария нежится и льет шампанское в рот и на грудь. И на живот. И на лобок. И на камушек рядом. Может, этот гад обломает свой зуб об этот остротвердый гранит! Если вздумает грызть ее телеса. Ночь не кончится никогда! Евлария абсолютно счастливая и побитая женщина. Маха сладко сопит и засыпает на ягодицах любимой балерины. Как на пружинистой резиновой подушке. Ткнувшись в негу своей небритой щетиной впалых щек.

 

000267

Маха в Нескучном саду в доме Фиоанны. Фиоанна примиряет Маху с Сарматией. Пригласила каждого по отдельности. Заставила пить чай. С вареньем. Из смородины. Сарматия уже в заметном положении. Она ждет ребенка. Фиоанна копошится и удаляется срочно по делам. Сарматия тут же с ложки переворачивает варенье к себе в декольте. Ягоды проваливаются между огромных арбузов, то бишь грудей. Сарматия машинально расстегивает кофту, чтобы отыскать ягодки. Маха с радостью принимает правила очередной игры. С очень серьезным лицом встает. Берет полную банку со стола. И  переворачивает ее на Сарматию. Вся грудь и весь живот Сарматии в смородине. Маха с жадностью набрасывается на ягодную женщину. И буквально пожирает смородину со сладострастных телес. Сарматия не выдерживает и распаляется. Маха очень осторожно насаживает ее на свой шест. Сарматия смеется. Воздержание было слишком долгим и утомительным занятием. Сарматия кричит в крик. Непонятные Махе слова. Но со стороны это звучит очень красиво. И совершенно не важно, о чем. Все и так яснее ясного. Сарматия, просто, как женщина, сходит с ума. Она кружится на Махином шесте. Как Земля на собственной оси. Высоко задрав ноги. Руками перебирая по цветным батареям, которые торчат ото всюду. Сарматия визжит, как поросенок, от счастья. Маха немного беспокоится за плод. Не повредят ли такие лихие игры его будущей дочери? Но Сарматия берет вторую банку с земляничным вареньем. Стягивает с Магомена штаны и поливает вареньем Махин живот и увесистый баклажан. (Сарматия не ходила в школу и не знала, что баклажан – это еще та ягода). От холодного варенья баклажан скукоживается. Сарматия жадно то глотает, то слизывает. И смакует вкус самого ароматного варенья на свете. Тут уже воспаляется Маха. Оба в ягодах и в сахаре катаются по полу и трахаются. Словно кролики. Не замечают прихода Фиоанны. Довольная старуха с интересом наблюдает за всем со стороны. Набирает для сладкой парочки ванную теплой воды. Сыплет в нее множество трав из комода. Специально запасала и берегла. Всю свою жизнь. Именно для такого исторического случая. Старуха очень серьезно читает красивые заклинания над водой. В этих заклинаниях Маха узнает те же слова. Которые только что впервые услышал от Сарматии. Очень поэтичный и музыкальный язык. Каждый слог имеет свою высоту и свой строй. Слова звучат, словно музыка. Наконец, влюбленные пластаются без сил на полу. Фиоанна помогает каждому перебраться в ванную. Чтобы продолжить праздник любви. Сама она не станет мешать. И на нее не надо обращать никакого внимания. Влюбленные аккуратно по очереди моют друг друга. Но запах трав и зелья делает свое дело. Оба постепенно снова впадают в эротический транс. Долго ласкают, нежат и любят друг друга. Обезумевшие, они вновь и вновь то возвращаются из небытия, то проваливаются бездну исступления и неги снова и внова. Фиоанна незаметно снимает все это действие на видео. Мычит и чмокает от удовольствия.

Прочитано 12561 раз Последнее изменение Понедельник, 17 Октябрь 2011 02:13
You are here  :