super7ya.ru

Понедельник, 17 Январь 2011 12:58

спутник

Автор 
Оцените материал
(2 голосов)

 

000822

Про то, что вращается и обращается вокруг нас, родные.

 

В Космосе много чего летает разного. Кометы летают. Астероиды летают. Сателлиты, и те летают. А, вот, спутники не летают. Они вращаются и обращаются. На Земле так же много чего летает. Ракеты летают. Самолеты и аэропланы летают. Люди, судьбы, события буквально проносятся мимо. А, вот, спутники и спутницы вращаются и обращаются. Но не вокруг планет или звезд. А вокруг любимых и возлюбленных. Чем больше масса планеты и ее запросы, тем больше спутников вращается вокруг нее. Чем незаурядней внешность и недюжинней ум любимого, тем больше у него спутниц и друзей. Женщины волочатся за такими сверкающим шлейфом. Вращаются, обращаются, теснятся и никак не могут успокоиться. У Исаака Ньютона было 5 спутников и 55 спутниц. У Вильяма Шекспира таких уже насчитывалось сотни. Михайло Ломоносов был мужчиной уклада домостроя. Поэтому, как замшелый азиат, презирал счет в делах любовных и альковных. Магомен Тартарович даже сочинил песню для Агузаровой с таким текстом: «Но между мной и тобой разве возможны счеты?» И посвятил эту песню Ломоносову. Пушкин не только считал своих спутников и спутниц, но и любил их зарисовывать в тетрадь. Особенно нагишом и обязательно в профиль. Эту же привычку перенял у А.С. и В.И. Ленин-Ульянов. Сначала чертил своих соратников и соратниц по гимнастической скамье и революционной борьбе. Потом дошел до любовников и любовниц. Этих Ленин всегда изображал по диагонали чернилами. Как читал, так и изображал. Исключительно бегло двумя-тремя штрихами по диагонали. Магомену Тартаровичу однажды так же приснился дурной сон. Будто залез к Магомену Тартаровичу в постель Игорь Матвиенко. И сразу без прелюдии как начал целоваться и вылизывать Магомену Тартаровичу щеку, что Магомен Тартарович тут же проснулся в холодном поту. Не ожидал Магомен Тартарович такого натиска и такой близости от Игоря Матвиенко. Тем более, что происходил этот акт публично, в концертном зале, на виду у всех. Поэтому, когда в метро к Магомену Тартаровичу прислоняется какой-либо мальчик или мужчина, Магомена Тартаровича в ту же секунду всего перекашивает, и мнится тогда Магомену Тартаровичу, что это заговор, и что где-то рядом за спинами граждан и гражданок прячется Игорь Матвиенко. Теперь Магомен Тартарович боится ездить в метро в часы пик.

Планета – это планета.

Но в спутниках есть такая великая тяга,

что можно вернуться с того света

и дать всем-всем любви присягу.

Что мы видим у Земли, как у матрешки. Литосферу или твердь. Гидросферу или моря и океаны. Атмосферу или газы и воздухи. Светосферу, отображающую солнечное сияние. Термосферу, оберегающую нас от промерзания. И магнитосферу, могущество которой являет на Луну, как спутник, привязанный к Земле невидимой магнитной нитью. А, вот, радиосферу, тоносферу или эфир и ритмосферу или вакуум мы уже с Земли не наблюдаем. Без специальных приспособлений. Магнитной нити мы так же не видим. Но мы понимаем, что она есть. Эта невидимая великая тяга. Пуще всего эта тяга проявляется в природе не у людей, а у деревьев и других каких растений и трав. Деревья буквально вгрызаются корнями в полюбившееся их семечку место. Такого постоянства требовать от людей не следует. Довольно с них и того, что сила их сердечного магнитика все-таки нет-нет да и дает о себе знать. И повод поговорить и посплетничать. Притяжение человек может испытывать к разным вещам. И не обязательно к себе подобным. Например, к деньгам, к славе, к публичности, к комфорту, к мужчинам, к женщинам и даже к детям. Жить на Земле без подобной тяги не возможно. Нас не столько плющит и вдавливает в Землю атмосферный столб и его тяжесть, сколько притяжение самого ядра, самого центра Земли. А там, в самом центре у Земли все устроено все точно так же, как и снаружи. В самом центре ядра у Земли вакуум. Этот ядерный вакуум окружен сферой эфира. От этого наша Земля источает из себя такой глубокий и приятный гул. Гудит постоянно. Далее следуют слои конфигурации или пространства, радио диапазона и магнитной тяги. Из них источается свет и огромного размера температура. Такая большая, что растопляет в себе следующий жидкий слой магмы. А в этой магме варятся все элементы таблицы Менделеева. И металлы, и неметаллы, и все-все-все соли и руды, даже радиоактивные. Но сейчас не об этом. Сейчас о главном. Только представьте себе, каким таким диковенным образом переплетаются между собой магнитосферы, радиосферы, фоносферы, тоносферы и ритмосферы Земли и Луны. Вот это брак! Вот это постоянство! Почти как у растений и деревьев. Вот это привязанность! Вот так вот, родные мои. Любите родных и близких своих...

Аминь.

В Артели воспаленных умов Магомена Тартаровича «Великого» Индиктиона должна быть такая же тяга и магнетизм, и точно такие же привязанность и постоянство. Одним словом – надега.

 

000804

Про автостоп и про попутчиков по космическому маршруту.

 

У Ленина был попутчик по жизни. Как потом оказалось. Сначала Володя Ульянов наивно принял его за соратника. А Савва Морозов на деле оборотился самым обычным скучным попутчиком. Но поначалу Ленину с Саввой было не скучно. Просто Савва за границей никогда не давал Володе расслабиться и заскучать. Как только Морозов замечал, что Ленин расслабился. Так тут же снимал кабак, заказывал цыган и требовал от Ленина искры. Хотел, чтобы Ленин все свои пламенные революционные речи испытал для начала на пьяных цыганах. А еще лучше, если сразу на цыганках. Хотя бы на одной единственной. Которая Ильичу сама приглянется. И Савва добился-таки своего. Однажды Ильич закручинился пуще всех прежних своих депрессий. Уныние – это главный грех! Как всегда громоподобно объявил Савва. И тут же закатил пирушку с цыганами. А Ильич на этот раз грустил как раз не из-за задержки с революцией, а из-за того, что он вождь и Ильич не может поупражняться в революционных манифестах со страниц своей любимой «Искры». Дело в том, что все безумные революционные начинания Ильича спонсировал друг и соратник Савва Морозов. Но тут на Савву что-то нашло. И как-то по утру с похмелья Савва прямо в лицо Ильичу заявил. Все! Баста! Хватит! Дальше за твои игрушки, Ильич, будут платить немецкие промышленники. Савва с ними уже договорился. И пообещал познакомить Ленина сразу с пятью немецкими капиталистами. От немецких капиталов на революционное дело Ильич отказываться не стал. Но на Савву шибко тогда Ленин обиделся. Обиделся и решился на отчаянный шаг. Заставить Савву всеми мыслимыми и немыслимыми способами откопать свой тайник с золотом. И пожертвовать все Морозовское золото на издание газеты «Искра». Пьяный и веселый Савва откапывать золото отказался наотрез. Кстати, золото Саввы Морозова и теперь зарыто там же, где его приказал схоронить хозяин. В Морозовских Горках, в имении Саввы под Москвой. Теперь эти Горки называются Горками-54. И там располагается ядерный центр нашей державы. В смысле не центра с ядерным оружием, а в смысле управления всеми ядерными вооруженными силами. Когда рыли котлован под этот центр управления, юный Магомен решил, что это солдатам дали приказ. Откопать Морозовские капиталы. Во что бы ни было. Потому что солдаты копали очень долго и очень глубоко. Так глубоко свое золото Савва ни за что бы прятать не стал. Не стоит оно того. Золота на том месте, как Магомен и думал, стройбатовцы никакого не нашли. Но и котлован закапывать не стали. А прислали матросов и оборудовали там свой центр управления. Ленина будущее Морозовских Горок волновало мало. Ленина волновало будущее зарытых Морозовских капиталов. А на этот раз Савва еще как нарочно напоил Ильича так, что очнулся Ильич только в Карпатах. Вот куда занесло вместе с цыганским табором. У русин Ильич очухался, а как очухался, так сразу возмутился. Саввы с цыганами не было. Савва остался там в Швейцарии. А Ильича пустил в дальнее плавание с миловидной цыганкой чернокнижницей. Но и это не самое страшное. Самое ужасное было то, что эта хитрая чернокнижница оказалась на сносях. Ленин помнил, что спали все вместе, втроем. Он, Савва и эта коварная женщина. Но цыганский барон отчего-то заверил Ильича абсолютно родственным тоном, что отцом будущей дочери колдуньи-ведуньи является Ильич и никто больше. Это задело Ленина за живое. Ближайшей ночью Ильич от русин бежал под покровом тьмы. Долго блуждал по Трансильвании и Богемии. Насилу добрался до Женевы, как сегодня выразились бы, автостопом. На самом деле добрался Ленин до Женевы на перекладных. А женщина колдунья из прославленного древнего рода чернокнижница осталась рожать у русин на верховине. В Женеве Саввы Ленин не обнаружил. И это была последняя капля терпения революционного вождя. И эта горькая слеза была Ильичом испита до конца, без остатка. Ильич велел своим друзьям подпольщикам разыскать Савву и лишить негодяя жизни. Но перед тем, как лишать, соратники по борьбе должны были точно выведать у Саввы, где зарыты Морозовские капиталы. В каких таких Горках. Приказ Ленина был исполнен без промедления. Савву лишили жизни. Но тайну Морозовских капиталов так и не выведали. А в 14-ом родилась в Карпатах на верховине в племени русин замечательная девочка. Которую мама любовно нарекла Аннушкой. Анной Владимировной Черкецкой. Поэтому, когда вас заверяют в том, что у Ленина не было детей, не верьте. Вранье все это. Но эта статья не про детей. Эта статья про спутники и про попутчиков-изменников. Которых мы казнили, казним и будем казнить, как предателей и подлецов. Мы – это настоящие ленинцы. Вот так вот, родные мои. А Морозовские капиталы ищут и по сей день. Но тайну этого схрона знают лишь избранные. И Магомен Тартарович – один из них.

Аминь теперь.

Прочитано 2682 раз Последнее изменение Четверг, 12 Май 2011 06:19
Другие материалы в этой категории: « земля планета »
You are here  :